Городские кошки и собаки

Городские кошки и собаки: взгляд с позиции эпизоотологии

Дудников С.А.
Всероссийский научно-исследовательский институт
защиты животных, г.Владимир, Россия

Популяция кошек и собак по уровню социализации может быть разделена на домашних и уличных животных (Мальков Г. Б., 1982; Рахманов А. И., 2001, 2002; Childs S.E.,1990; Patranek G.I.,1998; Slater M.R., 2001). Уличных животных, в свою очередь, следует подразделять на одичавших, бродячих и безнадзорных. Причем последняя группа включает плохо надзираемых домашних особей и псевдодомашних/дворовых/коммунальных животных. При этом, одичавшие и безнадзорные особи практически не подлежат социализации во взрослом состояние и любые попытки представить их частью городской нормофауны - результат глубокого заблуждения.


Оценочная величина популяции собак в России колеблется от 14 до 23 млн. особей и может достигать 50 млн., а кошек от 7 до 40 млн. (Wandeler et al, 1993; Березина Е.С., 2002, 2002). Эти показатели существенно превышают утилитарные потребности населения и основная масса животных - это уличные кошки и собаки, порождающие медико-ветеринарные, биологические, социальные и психологические проблемы.
Основной интерес и опасность в плане эпизоотологии/эпидемиологии представляют уличные животные, которые являются основным или дополнительным резервуаром целого ряда инфекционных/инвазионных болезней. Большинство из этих болезней являются зоонозами, т.е. общими для человека и животных.

Сегодня кошки и собаки ответственны за распространение в городских условиях большего числа заболеваний, чем синантропные грызуны. Среди кошек и собак выявлено 374 болезней. Из этого числа, по крайней мере, 337 агента (90%) являются зоонозными, т.е. опасны для владельцев животных и окружающих людей при прямом и/или косвенном контакте (Cleavleleand et al., 2001; Taylor et al., 2001). Нормофлора ротовой полости плотоядных, инфицирующая травмы (покусы), представлена 27 аэробами (группы IIj, EF-4, M-5 и др.) и 5 анаэробами группы Bacteroides, многие из которых антибиотикорезистентны и способны вызывать местные и общие осложнения (Dul M.J. et al., 1983; West G.P.,1992; Genier J.P., 1995). Кроме этого, уличные животные являются прокормителями для целого ряда векторных антропонозов (геморрагические лихорадки и энцефалиты). Элементарные расчеты показывают, что в г. Москва фекально-уринальная масса (важнейший фактор передачи болезней и контаминации окружающей среды), оставляемая уличными животными на городских территориях, превышает 5 тонн в день, что совершенно катастрофично с санитарной точки зрения (1825 тонн в год).


Домашние животные (в первую очередь собаки) ежегодно травмируют в России до 500 тыс. человек (и это только фиксируемые Госэпиднадзором случаи). При том, что до 12% обратившихся за врачебной помощью нетрудоспособны более одного дня после покусов, потери по стране могут превышать 750 млн. руб., а учитывая тот факт, что антирабическая помощь в 2001 г. была оказана более чем 232 тыс. человек (Онищенко Г.Г., 2002), потери только по этому показателю превышают 1 млрд. рублей в год.


Среди диагностируемых случаев бешенства, собаки и кошки, как источник и медиатор болезни, делят с лисами первое место (по 31% от всех заболевших животных по стране за 1996 - 2002 гг.). В Южном федеральном округе (ЮФО) бешенство приобрело антропоургический характер: из 554 неблагополучных в 2001 году пунктов, 245 (44,2%) обусловили собаки (149) и кошки (96). В Осетии в 2001 году от бешенства скончалось 6 человек (всего данный округ ответственен за 59,9% смертности среди людей от бешенства). В последующие годы ситуация по бешенству в ЮФО не претерпела существенных изменений. Ситуация с вакцинопрофилактикой бешенства представляется тупиковой, поскольку в настоящее время в стране ежегодно вакцинируют более 5 млн. голов с/х животных, но менее 2,5 млн. плотоядных (Дудников С.А., 2002; 2003).


Факторами, способствующим нарастанию болезней медиированных домашними плотоядными, являются безответственность владельцев животных, низкая информированность населения об опасности для окружающих их любимцев, отсутствие действующей законодательной базы, регламентирующей содержание животных, низкая эффективность программ по сдерживанию численности уличных животных.
Выборочное исследование коммунальных детских площадок трех районов г. Владимира показало их 100 % контаминацию экскрементами домашних плотоядных. Из 42 школ города территория спортивных городков 26 школ постоянно используется в качестве места выгуливания собак. Сравнительное исследование микрофлоры ротовой полости облигатно домашних и уличных кошек (п=6) показало разницу в количестве аэробных пастереллоподобных коккобацил более чем на 3 lg, среднее значение при этом составляло 12 lg. Выборочное исследование бродячих собак (п=10) в пригороде Владимира показало их 100% инвазированность токсокарозом, токсоплазмозом и лептоспирозом, что полностью согласуется с результатами по г. Омск (Березина Е.С., 2002).


Отрицательное влияние домашних плотоядных на дикую фауну заключается не только в хорошо известном факте истребления и вытеснения диких видов, но и в привнесении в их популяцию новых болезней (Macdonald, 1980; Daszak et al., 2000), что создает угрозу не только фаунистическому разнообразию, но создает реальную угрозу здоровью людей и продуктивных животных за счет формирования резервуара инфекции (Супотницкий М.В., 2000). Хорошо документированным фактом является занос вируса чумы плотоядных в популяцию львов заповедника Серенгетти и в популяцию байкальского тюленя (Grachev et al., 1989; Mamaev et al., 1995; Rоelke-Parker M.E. et al., 1996). Трихофития и саркоптоз стали эндемичны для дикой фауны России. Весной 2001 года в предгорных районах Северного Кавказа зарегистрированы случаи нападения первично одичавших собак даже на овечьи отары.


Вышесказанное укрепляет нас в мысли, что необходимы экстренные меры, направленные на сокращение уличной популяции и ужесточение контроля за соблюдением владельцами элементарных норм содержания кошек и собак. Контроль за численностью популяций уличных кошек и собак может быть основан на четырех стратегиях: (1) не предпринимать ничего, в надежде на саморегуляцию процесса; (2) проводить отлов животных на улицах с помещением их в приюты; (3) проводить отлов, обследование, лечение/вакцинацию, стерилизацию животных и возвращать их на прежние места обитания, с последующим мониторингом состояния их здоровья; (4) проводить истребительные мероприятия (Slater M.R., 2001).


Реализация первого метода (1), как об этом свидетельствует опыт Индии и Бангладеш, обрекает на смерть тысячи людей при отсутствии контроля за популяцией животных (rabnet. WHO. int). Методы (2) и (3) не могут быть реализованы на данном этапе в силу высокой численности популяции уличных собак и кошек (их численность в стране уже превышает популяцию любых двух видов с/х животных взятых вместе за статусом здоровья которых следит более 70 тыс. ветеринарных специалистов), отсутствия финансовых и материальных средств, а также людских резервов. По данным Сорокиной А.В. (2001), только в г. Ростов на кв.км. приходится 27 + 19 бродячих собак и 8 + 7 кошек. Причем речь идет только о бродячих животных, а не обо всей популяции. Для сравнения, в г. Лондон на кв.км. приходится всего 2 особи, что, безусловно, позволяет рассуждать о приютах для животных, но перенос данного опыта (Молотникова и соавт., 2001) в условия анормально высокой популяции плотоядных представляется ошибкой.


Реально может быть реализована только стратегия сокращения популяции за счет истребительных мероприятий (4). Рассуждения о не гуманности сокращения численности уличных животных надуманный предлог непрофессионалов и попытка скрыть безответственность граждан за "тех, кого мы приручаем". Регуляция численности в дикой фауне - признанный и принятый зоотехнический и охотоведческий прием. Угроза эмерджентной ситуации и/или эпизоотическая вспышка заболевания стали причиной уничтожения миллионов голов свиней в Малайзии в 1999 г., миллионов жвачных в Великобритании в 1997 и 2001 гг., миллионов голов птицы в Юго-Восточной Азии в 1998, 2001 и 2002 гг. Стоит ли дожидаться возникновения подобной чрезвычайной ситуации в России в условиях мегаполисов и по причине уличных плотоядных?


Реализуя стратегию сокращения численности популяции (как, впрочем, любую другую стратегию) следует учитывать 3 фактора, невыполнение которых сводит на нет любые усилия и дискредитируют метод:


истребительные мероприятия должны быть постоянно действующими;


мероприятия должны учитывать биологический цикл кошек и собак и активизироваться в период гона (февраль-март) и в период расселения (сентябрь-октябрь);


планирование мероприятий должно основываться на принципе достаточности: только сокращение популяции в течение года на 80% и более ведет к утрате способности к самовосстановлению ее численности на следующий год. Охотоведам хорошо известно, что "перепромысел" с последующим сокращением популяции возможен только при превышении 50% уровня добычи, в противном случае на следующий год популяция восстанавливается.

Следовательно, в попытке сократить численность популяции необходимо ежегодно сокращать численность популяции как минимум на 60%. Однако, эти рассуждения относятся к замкнутой популяции, а популяция уличных животных - открытая и все время восполняется особями выставляемыми на улицу безответственными хозяевами которым надоел бывший "любимец". В результате, мы приходим к показателю в 70 - 80%, как эффективной мере для снижения численности популяции. Исходя из явно заниженных показателей для г. Москва (около 24 тыс. бродячих и одичавших особей), получается, что необходимо для ощутимого эффекта уменьшить эту популяцию на 19 тысяч особей или 52 особи в день, без праздников и выходных.


Элементарный анализ "затраты - выгоды" свидетельствует, что попытке реализации других стратегий (помещение в приюты или "отлов - обработки - освобождение") не способны решить задачу в условиях анормальной численности уличных животных даже в процветающем регионе (г. Москва), не говоря о депрессивных регионах России (где ситуация с уличными животными ничуть не лучше).