Охотничьи привычки домашних собак

В природной среде численность одичавших собак, как и других хищников, регулируется, главным образом, наличием доступного корма. Именно поэтому невозможно поверить в приведенные выше цифры о количестве собак в лесах Кольского полуострова. Им просто нечем там прокормиться. Неспроста количество волков здесь даже в лучшие для них годы редко превышает сто экземпляров, а суточный пробег стаи (особенно по льду Кандалакшского залива) может достигать 80 км.

Для беспризорных же собак охота, скорее, возможность реализовать хищнический инстинкт и лишь затем - дополнительный источник корма.


За многие годы работы на берегах Баренцева и Белого морей приходилось видеть разнообразную охотничью деятельность как одичавших, так и беспризорных собак. Следует отметить, что, за исключением редких случаев, которые более подробно будут рассмотрены ниже, она была малоэффективна. Конечно, летом, при высокой численности мышевидных грызунов, они довольно успешно охотились на полевок и леммингов, но в пищу употребляли их неохотно. Чаще, придушив зверька, тут же бросали его. Аналогичным образом повела себя и беспризорная собака, заставшая на льду Белого моря американскую норку. Замерзшая тушка через некоторое время была обнаружена и разделана воронами.


Собаки, совершавшие весной дальние экскурсии по льду Белого моря, иногда не успевали покинуть приглянувшиеся им острова до распада ледового покрова. Это ставило их в трудную ситуацию. Единственной сколько нибудь существенной пищей для них могли быть редкие здесь зайцы и многочисленные птицы. На ограниченной площади острова охота на зайца рано или поздно приводила к успеху. С птицами было сложнее. На небольших островах собаки оказывались серьезным фактором беспокойства, и большинство уток, чаек и куликов еще до начала гнездования перебиралось в другие места. В итоге собаки самим фактом своего существования приводили к резкому снижению количества гнездящихся морских и околоводных птиц. В этой ситуации чаще всего они вынуждены охотиться лишь на уток, временами отдыхающих на кромке берега. По-видимому, такая охота была крайне неэффективна, во всяком случае, видеть успешные попытки или их результаты нам не пришлось. Вполне возможно, что большинство "робинзонов" в конечном итоге погибает, поскольку на островах изредка попадаются трупы собак.


Иначе складывается их судьба на крупных островах. Протяженная береговая линия увеличивает возможность находок съедобных объектов в морских выбросах. А беспокоящее воздействие даже сразу нескольких четвероногих хищников на площади нескольких сотен гектаров для птиц не столь заметно, как в предыдущем случае. В Баренцевом море нам приходилось регулярно отслеживать набеги поселковых собак на прилегающие окрестности острова, в том числе и на территорию государственного заповедника.


Результаты таких наблюдений показали, что, хотя собаки и вели целенаправленную охоту на птиц, общая численность пернатых по этой причине сокращалась незначительно. Утки и чайки находили приемлемые для гнездования, но малопосещаемые или недоступные для собак участки. Тем не менее, видовой состав водоплавающих птиц все же частично менялся. К присутствию собак оказались совершенно нетерпимы гуменники, шилохвости и морские чернети, но вполне устойчивы - морянки. Взрослых птиц собакам не удавалось поймать даже на гнездах. Но выводки гусей страдали, несмотря на активную оборону родителей. Похожие тенденции были выявлены нами и в "зеленых зонах" у города Канда лакши и ряда крупных поселений городского типа на побережье полуострова. Массовый выгул служебных, охотничьих и наличие беспризорных и одичавших собак не оказался критическим фактором, лимитирующим размножение и миграционные остановки чайковых и водоплавающих птиц в этих зонах. При наличии заболоченных участков и зарослей, ивняка на берегу озера, вблизи жилья, ежегодно могут успешно гнездиться кряквы, свистунки и хохлатые чернети. В густом кустарнике в годы высокой численности вполне успешно зимуют и размножаются белые куропатки. Но, увы, обычная на гнездовании в прилегающих районах свиязь и некоторые другие виды уток таких участков избегают.


Способность собак приспосабливаться при добывании корма к любым условиям хорошо проявляется на птичьих базарах. Посещающие их псы из близлежащих поселков обычно питаются остатками добычи пернатых хищников и свалившимися с крутых стен птенцами. Скальные карнизы с тысячами гнезд чаще всего им недоступны. Но отдельные особи, как оказалось, способны обнаружить выходы к ближайшим участкам и передвигаться по скальным полкам, где их добычей становятся яйца кайры. Лишь в редких случаях им удается поймать зазевавшуюся наседку. Негативный эффект таких набегов намного превышает потери от съеденных яиц. Панический слет взрослых птиц при появлении собаки приводит к массовым падениям со скал яиц и птенцов.