10. Человек не произошел от животного

Одна из недавних археологических находок ярко показала неправомерность определения внутреннего развития человека по его орудиям труда. В 1992 году в Альпийских горах после сильного таяния льдов было обнаружено прекрасно сохранившееся тело человека. В сумке нашлись кремниевые орудия (скребок, проколка и тонкое лезвие), костяное шило и кусок трута для разжигания огня. На поясе — кремниевый кинжал с деревянной рукоятью и приспособлением для заточки. Рядом был найден большой тисовый лук, характерный для средневековья. В рюкзаке находился медный топор, форма которого схожа с находками в северной Италии, датируемыми 2700 годом до нашей эры. Если бы из всего снаряжения сохранилось что-то одно, то эту "нашумевшую" находку отнесли бы или к средневековью, или к медному веку, или к неолиту, или к мезолиту, или даже к палеолиту! Внешний вид, одеяние и снаряжение позволяют это сделать. После многолетних дискуссий ученые склоняются к тому, чтобы приписать тирольского человека к средневековью. Альпийская находка убедительно показала, что примитивность инструментов вовсе не является показателем развития человека, а зависит от конкретных технических возможностей.

Материальный недостаток благополучно преодолевался древними людьми. Специалисты по неолиту (новый каменный век) указывают на следующий удивительный факт: обнаружено несколько ископаемых скелетов кроманьонского человека со следами удачно сделанной черепно-мозговой операции, после которой пациенты благополучно жили еще многие годы. Даже с использованием современного медицинского оборудования нейрохирургам далеко не всегда удается добиться положительных результатов. Представьте себе, каким искусством должен был обладать врач, чтобы каменными (обсидиановыми) инструментами провести трепанацию черепа!

Мы рассмотрели лишь самые простые, не требующие специальных знаний аспекты гипотезы происхождения человека от обезьяны. Современным исследователям, углубившимся в тайны высшей нервной деятельности, строения и функционирования мозга, вполне очевидна ее несостоятельность. На наш вопрос о появлении человека директор Института мозга академик Н. П. Бехтерева ответила определенно: "Эволюцию я как-то не вижу, не могу себе ее представить". Но сторонники эволюционного происхождения жизни по сей день живут устаревшими идеями времен Дарвина.

Вдумчивый читатель, несомненно, спросит: если описанные истории с "предками" столь очевидным образом прояснились, неужели ученые до сих пор не признали своих ошибок? Серьезная, добросовестная часть научного мира, конечно, признала, но, к сожалению, это почти никак не отразилось ни в учебниках, ни в справочной литературе, ни на содержании школьных и институтских программ.

Научившись на ошибках прошлого, уже практически никто из ученых не пытается так запросто доказывать происхождение людей от обезьян, как это делалось в XIX столетии или даже в 70-х годах прошлого века. История появления человека признается, по меньшей мере, очень сложной и запутанной.6 Авторитетный антрополог и эволюционист Р. Левонтин честно признается: "Вопреки волнующим и оптимистическим утверждениям некоторых палеонтологов, никакие ископаемые виды гоминид не могут считаться нашими предками".

В земных недрах с изумительной подробностью сохранились существа самых разных видов, в том числе очень древние. Обнаружено множество ископаемых останков людей и обезьян, но нет останков ни одного промежуточного существа между человеком и обезьяной при всей тщательности поисков. Совершенно справедливо заключить, что обезьяны всегда были обезьянами, а люди — людьми! Теория эволюции в вопросе о происхождении человека от обезьяны не имеет ни одного достоверного свидетельства в свою поддержку. Представьте себе закон физики, котоpому никто никогда не находил подтверждения!

Человек не произошел от животного. Исследования показывают, что он появился на Земле сразу в своем человеческом виде.

В этом очевидном тупике многие ученые стали задумываться о богословском толковании происхождения жизни. Авторитетный современный археолог, специалист по палеолиту П. В. Волков пишет: "Мы все более отчетливо видим уникальность человека; мы находим все больше свидетельств внезапности его появления в мире; мы все более уверены в том, что наши самые далекие предки близки нам и похожи на нас, и что начало нашей истории творилось не по воле случая".